на дольмены, коих в здешних местах оказалось
великое множество. Железный Дровосек решительно вышагивал впереди в резиновых
сапогах и неторопливо повествовал нам о великом смешении всех народов Евразии в
Адыгее, а мы как усердные студенты послушно шли следом по мокрым полям,
продирались через колючий кустарник и слушали разглагольствования Железного
Дровосека об истории жизни народов. Как я поняла из его рассказов, дольмен – это
ритуальное захоронение, в котором могут складироваться друг на друга несколько
поколений умерших. Нередко к ним туда кладутся драгоценности, кувшины и прочие
предметы обихода. Здешние открытые уже дольмены давно уже разграблены – там даже
костей не осталось, а части передних каменных плит с «родовыми» отверстиями
местные жители нередко используют в своих целях (для туалета, например).
Представляю, что было бы, если бы древние жители здешних мест, похоронив
очередного соплеменника в дольмене, надписывали дольменные плиты его именем и
датами рождения и смерти, как делаем это мы, современные люди. Раскапывают наши
потомки лет этак через 300 такую вот дольменную плиту с отверстием (положенную
уже нашими современниками в качестве покрытия в туалет) и читают к примеру: «Барзан
Гарзанович Тарзанов 802-902 г.», и естественно поднимают плиту в надежде
обнаружить останки почившего предка, предметы утвари, а то и украшения… А там,
пардон, останки пищеварения не-известно какого предка, да еще, не дай Бог, в
хорошо сохранившемся виде. Интересно было бы почитать отчет недоумевающих
потомков о вскрытии такого «захоронения». :)))Здесь, в Адыгее, очень много еще не раскопанных захоронений: не только дольменов, но и курганов, и просто могил. В курганах бывают захоронены не только люди, но и лошади, и оружие. Местонахождение всех этих сооружений древних наш дядя Толик может определять с ходу – глаз у него уже на такие вещи наметан. Рассказывает Толик много и интересно, может говорить о дольменах и вообще об истории часами. Но мой мозг не может объять такого количества информации сразу, поэтому я даже не пыталась запомнить все, что Толик нам говорил.
Самый крутой дольмен в районе поселка Хаджох взят под охрану местной администрацией, там музей, и вход на территорию музея платный. Но Железный Дровосек такой способ смотрения исторических достопримечательностей не принимает в корне, поэтому нам пришлось обходить охрану по полям под прикрытием плодоносящих яблоневых деревьев.
Яблони оказались все увешаны яблоками разных
сортов, что конечно же тут же навело всех на мысли о вкусном компоте и пироге с
яблоками. Так что мы сразу принялись воплощать наши мечты в реальность. У меня
оказался более-менее пустой бэг, так что все собранные яблоки перекочевали ко
мне. Но я не захотела переть это все на себе, возмутилась и перевесила бэг с
яблоками Андрею, а себе забрала легкий вариант Ирины, который Андрей нес до
этого.После успешного набега на яблочные плантации мы добрались до Большого дольмена, потусовались около него, прослушали лекцию Толика по истории всемирного переселения народов в Адыгее и отправились обедать к дону Педро. Причем Железный Дровосек провел нас как всегда не простым путем, а протащил по буеракам-рекам-ракам (это, опять же, чтобы мы не ходили одной и той же дорогой, а то будет неинтересно).
Петрович накормил нас обедом, и наш веселый взвод «щеглов пестрожопых» (любимое выражение дяди Толика) отправился мучить местных лошадей. Лошадей можно было «мучить» только за деньги. А у меня неожиданно обнаружился дефицит денежных средств, поэтому я осталась сидеть на конюшне вместе с Толиком, пока все остальные катались. Сержант завалился спать на лавку (молодец! Времени зря не теряет), а я от нечего делать перетискала всех местных собак, которые оказались все сплошь породистые и очень приветливые: дымчато-серый мастино Назар с головой мудреца, золотисто-рыжая стафордширка Дана и занятный маленький чебурашкообразный пекинес по имени Джоник. Вдобавок к собакам на конюшне обнаружился впечатляющих размеров серо-белый кот Барсик. Его размеры покорили нас всех.
День закончился пешеходной прогулкой до дома Петровича, как всегда вкусным ужином и безмятежным (!) сном.